История могилевского драмтеатра.

Театральная жизнь Могилева - это примечательное во всех смыслах явление, а история его театра вот уже более века не оставляет никого равнодушным, заставляя по-новому переосмысливать уже происшедшее, задумываться над настоящим с тем, чтобы предвосхитить будущее. Тысячу раз был прав Н.В.Гоголь, написав, что "театр ничуть не безделица и вовсе не пустая вещь, если примешь в соображение то, что в нем может поместиться вдруг толпа <...>, и что вся эта толпа, ни в чем не сходная между собой, <...> может вдруг потрястись одним потрясением, зарыдать одними слезами и засмеяться одним всеобщим смехом. Эта такая кафедра, с которой можно много сказать миру добра".

МогилевъИ это вполне подтверждает театральное прошлое могилевщины, которое изобилует эпизодами, значимыми не только для летописи уездного городка, но и всей культурной жизни Беларуси. Причем некоторые из них по силе накала страстей и драматизму событий не уступают трагедиям Эсхила. Хотелось бы, может быть впервые, взглянуть на историю Могилева через призму социальных и культурных явлений, которые, в конечном итоге, способствуют формированию как нравственных качеств каждого могилевчанина в отдельности, так и города в целом.

Тернист и многотруден был более чем 730-летний путь древнего поселения над Днепром. Гордыми и свободолюбивыми были его жители, отличавшиеся долготерпением, самоотверженностью, талантливостью и чувством здорового оптимизма в сочетании с бесконечным милосердием, консерватизмом и наивностью. А гостеприимность, юмор, народная сметливость, вера и надежда всегда помогали им с честью выйти из самых каверзных ситуаций истории. Некогда зажиточный и самостоятельный город со своими замковыми укреплениями и валами, составляющими как бы особый редут среди укреплений, располагался возвышеннее всей прилегающей местности. С одной стороны его окружал "величавый Днепр", а с другой - Дубровенка, "тут же впадающая в Днепр". "За Днепром предместье Луполово; между рекою и самим городом пространная равнина версты в две, ежегодно во время разливов залитая водою. Высокая гора Костра отделяет самый город от равнины и Днепра. Вокруг всего города проведен земляной насыпной вал".

МогилевъА какие чудные перезвоны устраивались на колокольнях церквей: "Спаса, Ильи, Успения, Николы, Троицы, Рождества Богородицы, Вознесения Господня, Козьмы и Дамьяна", расположившихся со всех сторон города. Да и с кем только и чем не торговал Могилев, имеющий особые привилегии от королей, "Киев, Канев и Черкасы, Торнь, Гданьск и Кенигсберг" получали отличнейший "мед, воск, сало, постное масло, деготь; вывозилось даже вино. <...> Торгово-промышленная деятельность Могилева усиливалась и простиралась даже до Москвы". Чем не лакомый кусочек для пришлых?

Скупые материалы научных исследований зафиксировали первые проявления театральной жизни Могилева, восходящие к 1698 г., когда любители разыгрывали перед зеваками на рыночной площади диалоги, отражающие народные чаяния. Надо заметить, что тогдашним "скоморохам" было, что обсуждать.

Церковь ГлебаБурные военные события, грабежи и поборы завоевателей на протяжении XVII и XVIII вв. превратили некогда богатый промышленный город Могилев с гордым и самолюбивым народом в заштатное местечко. Одна из трагедий произошла 8 сентября 1708 г. Опасаясь, чтобы город не достался Карлу XII во время Северной войны (1700-1721 гг.), Петр I приказал сжечь Могилев, который за один день был превращен в развалины и пепелище. "Сгорели церкви, растопились колокола, разрушились золоченые куполы, тысячи жителей остались без крова, без пищи, почти без платья. Многие оставили навсегда сожженный город, ушли в другие литовские города, к родным и знакомым, и там поселились. Оставшиеся жили в наскоро устроенных шалашах за городом; многие нашли приют в православных и католических монастырях, хотя и полуразрушенных; наконец большинство искало убежища за Днепром в предместьях Луполово, которого, за неимением лодок, припрятанных жителями, не успели зажечь".

Читать далее